Электромобиль, технологии, Китай
Решения властей КНР относительно определенных технологических требований к производимой продукции в ряде промышленных отраслей внутри Китая влияют на производственные стандарты в других странах. Промышленные компетенции китайских компаний в отдельных сферах, тем самым, конвертируются в повышение глобального статуса КНР. В условиях обострения глобальной конкуренции и конфликтов Китай, в определенном смысле, получает возможности по промышленному "неядерному сдерживанию" западных стран.
В руководстве Китая планируют усиление экономического и дипломатического влияние на мировой арене, в том числе, за счет возможности определения технологических стандартов производства в ряде отраслей. Одним из новых примеров подобной стратегии стали решения властей КНР в сфере автомобилестроения. Министерство промышленности и информатизации КНР 26 мая опубликовало основные направления стандартизации автомобильной промышленности страны в 2026 году. Данное министерство было создано в 2008 году вместо Министерства информационных технологий КНР и отвечает за развитие и регулирование ряда ключевых направлений китайской промышленности.
В качестве основных направлений стандартизации в сообщении были отмечены внутренние системы электромобилей с применением технологий искусственного интеллекта; автомобильные чипы; тестирование и определение параметров безопасности моделей ИИ, которые используются в автоматизированных системах управления. В представленном плане также обозначены стандарты безопасности для зарядных устройств автомобильных аккумуляторов и ряд других. В плане также сделан акцент на "будущих направлениях развития отрасли", в том числе, за счет "прогнозирования будущих технологических тенденций в автомобильной промышленности создание экосистемы стандартов и развитие прорывных технологий".
В документе при этом отдельно отмечается, что Китай должен "активно участвовать в международной деятельности по стандартизации – в частности, совместно с Международной организаций по стандартизации (ISO), Международной электротехнической комиссией (IEC), Международным союзом электросвязи (ITU) и Обществом автомобильных инженеров (SAE). Также отмечается, что министерство планирует усилить участие в процесс принятия различных автомобильных норм в рамках ООН.
В качестве глобального лидера по объемам производства и продаж электромобилей, а также ряда различных ключевых компонентов, Китай фактически уже определяет технологические стандарты в отрасли. С 1 января 2026 года в КНР начали действовать более жесткие требования к аккумуляторам электромобилей, которые были приняты для повышения безопасности, а также их энергоэффективности и переработки.
В начале февраля 2026 года Министерство промышленности и информатизации КНР опубликовало решение о запрете установки скрытых электронных дверных ручек на электромобилях. Данное требование вступает в силу для новых моделей с 1 января 2027 года и было принято по соображениям безопасности. Согласно проведенным в КНР расследований после ряда ДТП с участием электромобилей скрытые электронные дверные механизмы могут деформироваться при аварии, при этом неполадки в электронных системах также могут не позволять открыть двери электромобиля. Скрытые дверные ручки продолжают активно применяться в ряде моделей электромобилей американской компании Tesla, а также в машинах европейских и китайских производителей.
Многие компании будут вынуждены следовать этим и другим технологическим требованиям властей КНР по причине доминирующей роли КНР в сегменте электромобилей. По оценкам Международного энергетического агентства, около 60% всех новых электромобилей в мире, которые были проданы в 2025 году, были китайского производства. При этом производство электромобилей в КНР в 2025 году составило почти 75% от мирового объема. За счет сформированных производственных и технологических компетенций Китай определяет новые тенденции не только внутри страны, но и на глобальном уровне. В ИИМР ранее отмечали, что китайские автомобильные компании постепенно увеличивают долю рынка в европейских странах.
Власти Европы пытаются предпринимать определенные меры по снижению зависимости от Китая. Однако, как отмечали в ИИМР, с учетом ряда ключевых факторов, в частности, текущих и планируемых производственных мощностей ЕС в сфере электромобилей, объемов инвестиций в ключевые компоненты их производства и общего объема внутреннего рынка электромобилией КНР, европейским компаниям не удастся оспорить лидерство Китай в данном секторе. США также отстает от Китая в данном сегменте – как по степени развития производственных цепочек и наличию собственных технологий, так и по продажам электромобилей.
В 2025 году китайская BYD заметно опередила компанию Tesla по объемам продаж полноценных электромобилей (2,26 млн машин по сравнению с 1,63 млн). Согласно опросам, в которых принимали европейские автопроизводители, в сегменте электромобилей Китай опережает западные страны западные страны в среднем на 5 лет.
За счет формирования стандартов и тенденций в автомобилестроении и других сферах (в частности, в сфере ветро- и солнечной энергетики, а также добыче редкоземельных металлов и производстве компонентов из них) Китай достигает ряда целей, среди них:
- Повышение промышленного статуса. Как уже было отмечено, внутренние решения Китая фактически начинают оказывать влияние на производственные решения в мировом масштабе. Иностранные производители вынуждены соответствовать стандартам КНР – если хотят иметь возможность продавать свою продукцию в Китае, а также в целом учитывать изменение подходов со стороны технологического лидера отрасли.
- Глобальное влияние. Повышение роли Китая как страны, которая определяет технологические стандарты и задает новые промышленные тенденции, в свою очередь, усиливает внешнеполитические позиции КНР – как в рамках международных структур, которые влияют на формирование стандартов, так и на мировой арене в целом.
- Фактор сдерживания. Промышленные и технологические компетенции китайских компаний в тех сферах, в которых они занимают доминирующее положение, становятся фактором усиления глобального влияния КНР. На текущий момент подобные возможности КНР в сфере редкоземельных металлов фактически уже превратились в один из действенных элементов сдерживания США и Европы. Зависимость от Китая в сфере технологий возобновляемой энергетики – компонентов электромобилей, аккумуляторов, модулей солнечных панелей и других позиций – для европейских стран также становятся фактором, который удерживает Брюссель от попыток оказания какого-либо серьезного давления на КНР.
Одним из примеров влияния Китая, которое оказывает сдерживающее влияние, в данной ситуации можно привести результаты исследования, опубликованного Университетом Гуанчжоу в марте 2026 года. В работе отмечается, что в настоящее время в сегменте аккумуляторных батарей сформировался "китайский водоворот" в виде повышенной доли спроса (47% от мирового) и повышенной доли производственных мощностей (68% от мирового). Из-за этого, как отмечается, при возникновении нарушения поставок из Китая на уровне 30% от текущих объемов в мире с 92% вероятностью возникнет 25%-ная глобальная нехватка аккумуляторов.
Власти США, ЕС и других стран не могут не учитывать подобную зависимость от Китая по отдельным ключевым отраслям – но, как показывает ситуация нескольких последних лет, они пока не могут добиться какого-либо заметного улучшения ситуации в свою пользу. В ИИМР отмечали, что Китай, в том числе, является мировым лидером по промышленной автоматизации. На стороне КНР, тем самым, фактор более конкурентоспособной себестоимости производства, намного более высокие по объемам производственные и экспортные мощности, более развитая производственная экосистема ряда отраслей, а также тот факт, что для создания соответствующих самодостаточных компетенций в других странах без сохранения повышенной зависимости от Китая требуются существенные финансовые и временные ресурсы.