Смена акцентов в МВФ: рыночная экономика больше не актуальна для промышленного и технологического развития страны?

Материал "Институты для промышленной политики: основы экономического развития", опубликованный на сайте МВФ в конце марта 2026 года, предваряет традиционное примечание о том, что "дискуссионные доклады МВФ описывают продолжающиеся исследования авторов", при этом "представленные взгляды авторов… не обязательно отражают взгляды МВФ и его руководства".

Во вступительной части доклада МВФ также заявляется о том, что "развивающиеся страны могут пойти по пути азиатских чудес", но для этого может потребоваться создание новых государственных структур для поддержки промышлености, а также сохранение института независимого центрального банка. В рамках доклада в качестве примера "азиатских чудес" называется развитие таких стран и территорий, как: Гонконг, Сингапур, Тайвань, Южная Корея, Япония. 

В работе приводятся примеры формирования государственных структур, которые сыграли важную роль в проведении промышленной политики этих стран, в частности, японского министерства международной торговли и промышленности, южнокорейского совета по экономическому планированию, а также ряда других.

По мнению авторов работы, "для достижения долгосрочного роста необходимо создание специализированного ведущего агентства по управлению промышленной политикой". При этом, как отмечается, "корректная работа подобной структуры на основе 4-х ключевых принципов в такой же, если не в большей степени важны, как и работа центрального банка".

В качестве 4-х основных принципов в основе работы предлагаемой госструктуры предлагаются "амбициозные и актуальные задачи"; "автономность"; "подотчетность" и "гибкость". В докладе также отмечается, что государственный орган, который отвечает за проведение промышленной политикой, должен иметь возможность формировать "обратную связь" с компаниями и в целом занимать не реактивную, а проактивную позицию. В рамках работы МВФ приводятся примеры реализации пятилетних планов в Южной Корее, а также действия и работы отдельных министерств и ведомств в других странах и территориях.

Одна из ключевых особенностей доклада: в начале 2026 года в МВФ в качестве примера для подражания приводят примеры реализации промышленной политики азиатских стран в 1960–1990-х годов. Можно привести более свежий пример: согласно результатам доклада Министерства образования, науки и техники Южной Кореи, который касается периода 2022–2024 годов, Южная Корея и Япония заметно отстают от Китая в промышленных инновациях.

 

По сведениям издания "Чосон ильбо", которое в феврале 2026 года опубликовало результаты данного доклада, "В 2022–2024 годы Китай продолжил опережать Южную Корею в 11 приоритетных секторах и 136 ключевых технологиях".

В настоящее время, по состоянию на начало 2026 года, компании КНР, по многим оценкам, фактически опережают США, Японию, Южную Кореи, а также страны Европы в сфере промышленного развития отраслей электромобилей и гибридных автомобилей, аккумуляторных батарей, в сегментах ветряной и солнечной энергетики и ряде других секторов. 

Китай, по данным Международной федерации робототехники, также с большим отрывом лидирует в мире по совокупной численности промышленного использования роботов. Одним из конкретных примеров данного лидерства является намного более активное по сравнению с другими странами использования так называемых "темных фабрик", автономных портовых терминалов и ряда других нововведений. Кроме того компании КНР также фактически занимают ведущие места в мире в сегменте антропоморфной робототехники. 

В данном контексте исторические примеры развития Японии и Южной Кореи, которые в МВФ приводят в качестве потенциального примера для подражания для других государств, являются, мягко говоря, неполными. В докладе фонда в буквальном смысле умалчивается о том, что азиатские "экономические чудеса" прошлого века в настоящее время уже уступают в инновациях и развитии промышленности одной из своих соседних страны. 

В целом можно отметить, что в качестве наиболее успешных и реальных примеров для подражания развивающимся странам в МВФ пытаются предложить опыт стран и территорий, который:

• В определенной степени является устаревшим. Во многих развивающихся странах уже есть подобные структуры, пример развития Японии и Южной Корее в условиях глобализации второй половины XX века не вполне соответствует текущей ситуации с фрагментацией мировой экономики.
• Формально соответствует критериям института независимого ЦБ. Банк Японии не являлся полноценно независимым институтом в 1960–1990 годы в строгом определении данного термина.
• Не является в полной мере применимым ко многим странам мира. Примеры развития таких территорий и стран, как Гонконг, Сингапур и Тайвань по целому ряду причин не могут быть в полной мере повторены в других государствах.  
• Потенциально является политически ангажированным. Пример Китая как еще более успешной реализации и более крупного масштабирования промышленной политики, как уже было отмечено, по какой-то причине остался полностью за рамками дискуссионной работы МВФ. При этом за исключением Гонконга все отмеченные страны и территории фактически и формально являются союзниками США в Азии. 

В МВФ советуют развивающимся странам во второй четверти XXI века ориентироваться на опыт Японии, Южной Кореи и других государств в 60–90-х годах XX века. Но это примеры периода активного развития в период глобализации. При этом в ИИМР ранее отмечали, что институт независимости ЦБ – это также, в определенном смысле, устаревшая идеологическая рыночная конструкция, которая была сформирована в эпоху глобализации. Сохранение подобного института в условиях повышенного протекционизма и соперничества в мире все более явно выглядит как анахронизм. 

Есть и более актуальные примеры, на которые могли бы ориентироваться развивающиеся страны, – и которые при этом демонстрируют различные результаты, которых могут добиться власти государств при формировании активной промышленной политики при различии в подходах к деятельности центрального банка страны.

Конкретный пример, который показывает противоречивость подобных рекомендаций со стороны МВФ, – это ситуация в российской промышленности, которая сложилась за последние годы. В ноябре 2024 года в ИИМР отмечали комментарии представителей руководства российских промышленных компаний, которые выступали с жесткой критикой действий ЦБ РФ в рамках Русского экономического форума в Челябинске. По их словам, "никакой конкурентный бизнес не может работать с кредитами под 27% годовых, когда китайские конкуренты получают кредиты дешевле 5% годовых".

В подобном контексте создание какой-либо дополнительной государственной структуры для поддержки промышленности страны при отсутствии соответствующей поддержки со стороны финансового руководства, которое при этом выделено в отдельный орган власти, является менее эффективным решением по сравнению с наличием возможности оказывать полноценную поддержку промышленности. На примере развития российской экономики можно предположить, что даже при сценарии гипотетического отсутствия западных санкций после 2014 года и вплоть до текущего момента в РФ, с большой долей вероятности, не удалось бы сформировать схожие промышленные и научные компетенции в отдельных секторах, как это удалось китайским компаниям. 
На примере Китая развивающиеся страны могут также попытаться провести оценочное моделирование тезиса МВФ о возможности сохранения независимого ЦБ и успешной реализации мер поддержки различных промышленных секторов – для того, чтобы ответить на вопрос о том, смогли бы китайские компании добиться такого же успеха, если бы Народный банк Китая, например, основной акцент делал бы только на соблюдении определенного уровня инфляции, а не доступности заемных средств для китайских компаний и граждан.

Определенная избирательность и потенциальная ангажированность примеров, которые приведены в МВФ, говорят в пользу того, что американский фонд советует развивающимся странам следовать по пути экономических союзников Вашингтона, которые имеют некоторые ведущие компетенции, но в целом занимают второстепенные позиции по сравнению с экономикой США.