Европейский союз, лого
Европейская комиссия представила окончательный проект Закона о цифровых сетях. Законодательство призвано создать общеевропейскую основу для инвестиций в расширение широкополосной связи и телекоммуникационную инфраструктуру. Однако остается под вопросом, удастся ли таким образом мобилизовать частный капитал в более широком масштабе.
Закон о цифровых сетях (DNA) — важная инфраструктурная основа Европейского союза — вступает в заключительную законодательную фазу. После подготовительных консультаций в прошлом году Европейская комиссия опубликовала официальное предложение, направленное на гармонизацию национальных телекоммуникационных сетей в государствах в соответствии с едиными правилами. Цель состоит в том, чтобы сократить существенный технологический разрыв с ведущими цифровыми экономиками (США и Китай), и предоставить компаниям надежную правовую основу для ускорения внедрения технологии 5G и оптоволоконных сетей.
DNA переориентирует политику субсидирования
Регламент DNA заменит существующий Европейский кодекс электронных коммуникаций (EECC) и установит структурные основы для конкуренции, кибербезопасности и развития цифровых сетей. Если Европейской комиссии удастся достичь соглашения с Европейским парламентом и Советом — что считается весьма вероятным — регламент может вступить в силу уже в январе 2027 года. После этого окончательный текст еще должен будет быть имплементирован в национальное законодательство государств.
На уровне ЕС программа «Цифровая Европа» обеспечивает финансовую основу для расширения цифровой инфраструктуры в период с 2021 по 2027 год с общим бюджетом около 7,6 млрд евро. Программа поддерживает проекты в области кибербезопасности, облачных решений и цифровой инфраструктуры. Кроме того, запущенный год назад Фонд «Соединяя Европу» (CEF Digital) с объемом финансирования в 865 млн евро специально содействует проектам гигабитного широкополосного доступа и 5G по всему ЕС.
На уровне отдельных государств финансирование по-прежнему преимущественно осуществляется за счет государственных инвестиций. Например, в 2025 году Германия инвестировала около 4 миллиардов евро государственных средств в цифровизацию, из которых около 2,9 миллиарда евро было выделено специально на расширение широкополосной связи. Частный сектор дополнил это более чем 10 миллиардами евро, инвестированными в развертывание волоконно-оптических и мобильных сетей.
В рамках ЕС государства разработали меры в своих цифровых дорожных картах на общую сумму 288,6 млрд евро. Примерно 205,1 млрд евро из этой суммы поступает из государственных бюджетов, а остальная часть приходится на частные инвестиции и софинансирование со стороны компаний и региональных субъектов. Программы ЕС, такие как Digital Europe, CEF Digital, Horizon Europe, InvestEU и IPCEI, дополнительно дополняют эти национальные фонды, ориентируясь на сетевые и технологические проекты.
В сравнении с Соединенными Штатами, здесь наблюдается совершенно иной инвестиционный профиль. В Америке доминирует частный капитал, объем сделок в сфере цифровой инфраструктуры превышает 200 миллиардов долларов. Государственные расходы, особенно на исследования и разработки, составили около 145 миллиардов долларов, включая значительные ассигнования на оборону и технологии.
В США основным двигателем инвестиций является частное предпринимательство, в то время как в Европе традиционно преобладают централизованное планирование и участие государства. Реальные возможности Закона о цифровых сетях в плане мобилизации дополнительного частного капитала остаются неопределенными. С экономической точки зрения, мало что может измениться: Европа по-прежнему остается сложной и жестко регулируемой средой, где инвестиции более сложны и менее гибки, чем в Соединенных Штатах.
Применимость на территории всего ЕС и затронутые компании
Новые правила будут применяться на всей территории ЕС и напрямую затронут телекоммуникационные и инфраструктурные компании. В Германии это в первую очередь касается Deutsche Telekom, Vodafone Germany и Telefónica Germany (O2), которые управляют обширными сетями мобильной и фиксированной связи и владеют ключевыми лицензиями на использование спектра. Новые правила также распространятся на поставщиков оптоволоконных услуг, региональных операторов связи и муниципальные предприятия, инвестирующие в расширение высокоскоростных сетей.
Одним из положительных аспектов является то, что DNA предоставляет компаниям более длительные и стабильные права на использование спектра, повышая уверенность в планировании инвестиционных решений. Однако еще предстоит выяснить, как будут формироваться требования к прозрачности, установленные ЕС правила недискриминации и положения о безопасности в последующем процессе регулирования, и как новая структура соответствия требованиям ЕС будет функционировать на практике.
С точки зрения потребителя, расширение использования 5G и оптоволоконных технологий в идеале должно привести к созданию стабильных и надежных сетей, особенно в Германии, где сохраняются пробелы в покрытии. Правовая определенность для крупных операторов связи и инвестиционные стимулы для развития инфраструктуры принесут пользу потребителям, а более мелкие провайдеры также могут выиграть от более единообразных правил рынка.
Возможности и риски для конкуренции и инноваций
Законодательство коренным образом меняет структуру цифровой инфраструктуры ЕС, не создавая при этом сразу новых издержек, что является хорошей новостью в условиях ограниченных государственных бюджетов. Единая европейская нормативно-правовая база может уменьшить неопределенность на национальном уровне и устранить трансграничные несоответствия, потенциально снизив транзакционные издержки для компаний.
Однако инициативу Европейской комиссии в рамках DNA следует рассматривать с осторожностью. Переговоры на сегодняшний день показывают, что Брюссель намерен сохранить за собой право вмешиваться в ценообразование, обязательства по доступу и требования безопасности. Это приведет к появлению новой бюрократии, которая будет серьезно вмешиваться в инвестиционные процессы, отдавая предпочтение крупным игрокам рынка и фактически исключая новых конкурентов из числа потенциальных участников.
Более того, централизованная координация спектра на уровне ЕС ограничит конкуренцию, если существующие участники рынка получат непропорционально большую выгоду от политической близости.
1 августа в ЕС вступил в силу первый всеобъемлющий закон, регулирующий ИИ, и вместе с другими нормами ЕС, направленными на крупные технологические компании.