Лауряты Нобелевской премии по Экономике 2026
Присуждение нобелевской премии американским экономистам Роберту Холлу и Майклу Вудфорду за разработку "микроэкономических основ макроэкономической стабилизации" совмещает в себе признание вклада их исследований в модификацию политики центральных банков с потенциально политизированными сигналами со стороны руководства комитета и спонсоров премии в лице центробанка Швеции.
Выбор в качестве лауреатов профессора экономики Стэнфордского университета [признан нежелательным в РФ] Роберта Эрнеста Холла и профессора экономики Колумбийского университета Майкла Вудфорда продолжил тенденцию, в рамках которой Нобелевская премия по экономике, учрежденная в 1969 году, вручается нескольким авторам. В случае с Холлом и Вудфордом, что также является довольно распространенной практикой в Нобелевском комитете, – нескольким авторам, которые не проводили каких-либо совместных исследований и автономно разрабатывали свои теории в схожей сфере.
Королевская шведская академия наук в своем заявлении отметила, что Холл и Вудфорд удостоены награды за демонстрацию того, "как экономические модели могут быть реконструированы для оживления стабилизационной политики". Также отмечается, что модели, на основе которых могут приниматься меры подобной политики, были построены "на микроэкономическом основании", а не на макроэкономических индикаторах. В заявлении отдельно отмечается, что "центральным компонентом этих моделей является то, что домохозяйства и компании в принятии решений о покупках, сбережениях или ценах на товары ориентируются на будущие ожидания".
В настоящее время Роберт Холл и Майкл Вулфорд считаются "пионерами неокейнсианства". Основная часть работ, за которые они получили официальное признание и премию в размере 12 млн крон ($1,2 млн), касается периода 1978–2003 годов. Временное отставание в 20–30 лет и более от экономических реалий и акцент на оценке академического влияния авторов – это еще одна черта нобелевских премий по экономики. Исследования нобелевских лауреатов по экономике 2026 года внесли существенный вклад в развитие макроэкономических моделей, а также взглядов и понимания потребительских расходов, прогнозирования цен. Однако, на сегодня ряд их ключевых подходов проходит серьезную переоценку или становится неприменим. Уже после присуждения премии один из ее лауреатов, Майкл Вудфорд, в комментариях агентству AFP, в частности, признал, что подходы властей к механизмам стабилизации после финансового кризиса 2008 года "очень отличаются от той ситуации, в которой мы находимся сегодня ".
В работах Роберта Холла и Майкла Вудфорда есть определенное основное различие в акцентах авторов: Холл преимущественно исследовал факторы, влияющие на изменение спроса, а также сбережений домохозяйств на основе их будущих ожиданий доходов. Вудфорд в основном исследовал изменения в сегменте предложения, в частности, то, как компании могут устанавливать цены на свою продукцию с учетом будущих ожиданий.
Одной из основных работ Роберта Холла стало создание гипотезы "Случайного блуждания" в 1978 году, в рамках которой он постулировал, что изменения в потреблении происходят только когда поступает новая неожиданная информация. Среди исследований, опубликованных на данную тему, в частности публикация "Стохастические следствия гипотезы жизненного цикла – перманентного дохода: теория и эмпирические данные". В работе Холл объединил гипотезу перманентного дохода Милтона Фридмана с концепцией рациональных ожиданий. Для оценки потребления, которое описывает оптимальный выбор домохозяйства в условиях рациональных ожиданий, Холл применил межвременное уравнение Эйлера. В целом, согласно выведенной модели случайного блуждания потребления, текущий уровень расходов домохозяйства отражает все доступные для него на текущий момент сведения о пожизненном доходе, при этом любые будущие изменения потребления являются непредсказуемыми и происходят только из-за внезапных экономических шоков. Исследования Холла стали серьезным вкладом в разработку так называемых динамических стохастических моделей общего равновесия (DSGE), которые со временем стали ключевым инструментом центральных банков в оценке ситуации в экономике и развитии денежно-кредитной политики.
Майкл Вудфорд в своих исследованиях учел фактор будущих ожиданий применимо к функционированию компаний, он в частности, сформировал гипотезу "липких цен", отметив, что производители и продавцы товаров не могут поменять цены на свои товары и услуги моментально при малейшем изменении спроса, предложения и/или действий центрального банка из-за определенных операционных затрат. Он предположил, что при формировании цен также закладываются определенные инфляционные ожидания, а также ожидания определенной денежной-кредитной политики от центробанка. Помимо этого, в книге "Процентные ставки и цены: основания теории монетарной политики", опубликованной в 2003 году, а также ряде других работ были обозначены идеи и тезисы, которые помогли в дальнейшем сформировать ряд ключевых элементов политики центральных банков. В частности, речь идет о подходе ЦБ к влиянию на инфляцию с помощью процентных ставок без использования жесткого контроля за денежной массой и привязки национальной валюты к золоту или каким-либо другим товарам. Формирование прогнозирования будущей политики (forward guidance) в определенном смысле стало частью коммуникативной стратегии многих центробанков мира. В работе 2003 года Вудфорд также сформулировал термин "разрыв выпуска" (output gap) в виде отклонения фактических объемов производства от уровня естественного (или потенциального) выпуска товаров. Также была сформулирован более про-активный подход со стороны финансовых властей в виде балансировка данного разрыва выпуска на уровне, близком к нулевому, за счет стимулирующей или сдерживающей денежно-кредитной политики центробанка. Работы Вудфорда, как и Холла, также внесли существенный вклад в модификацию моделей DSGE мировых ЦБ.
Несмотря на отмеченную традицию в награждении работ предшествующих экономических периодов в выборе нобелевских лауреатов по экономике есть определенный политический контекст.
До премии 2026 года исследования неокейнсианской направленности, напрямую касающиеся развития политики центральных банков, были также отмечены нобелевской премией в 2022 году, которую получил довольно известный адепт и практик неокейнсианства в лице бывшего председателя ФРС США Бена Бернанке. Лауреатами награды, которую ежегодно финансирует шведский центробанк, в различные годы становились представители различных макроэкономических течений. Однако подобной частоты в признании заслуг какой-либо одной школы до сих пор замечено не было. В этом плане данное вручение можно расценивать как сигнал об определенном доминировании неокейнсианского подхода в научно-экономическом истеблишменте западных стран.
Дополнительный символизм выбора отмеченных авторов заключается в основной сфере применения их теорий. Стоит напомнить официальное название награды – "Премия Шведского государственного банка по экономическим наукам памяти Альфреда Нобеля". За счет вручения финансируемой центробанком Швеции премии по экономике за исследования, которые оказали влияние на развитие политики центральных банков, Нобелевский комитет, тем самым, теряет определенные черты беспристрастности, так как шведский ЦБ трудно назвать непредвзятой стороной в данном вопросе. Еще один потенциальный сигнал о политизированности принятого решения: награждение авторов, которые выступают за независимость института центральных банков и помогали развивать их возможности в условиях, когда относительно рациональности сохранение независимого статуса ЦБ в мире возникает все больше вопросов. В ИИМР, в частности, отмечали, что сохранение центральных банков в виде отдельной ветви власти – это признак прежнего периода развития глобализации, неэффективность которого в условиях обостренной фрагментации мировой экономики становится все более очевидной.
Есть также определенные вопросы по поводу реальной эффективности экономических теорий и гипотез 20 и почти 50-летней давности применительно к реалиям современного мира. Модели Холла и Вудфорда работают в идеальных условиях, при этом не оценивают потенциальные изменения в экономике и потреблении в условиях повышенной неопределенности и продолжающихся геополитических шоков. Можно отметить, что сформированные в предыдущие годы модели DSGE многих центробанков в мире в настоящее время испытывают серьезные трудности в прогнозировании и оценке ситуации в экономике. Одна из примеров отхода мировых ЦБ от тех же идей и принципов, за которые в 2026 году была присуждена нобелевская премия по экономике – это отказ от прежней формы forward guidance. В своем выступлении на форуме ЕЦБ в июле председатель ФРС Кевин Уорш, в частности, обозначил различные проблемные аспекты формулирования ориентиров дальнейшего развития денежно-кредитной политики, заявив о "временах, когда она скорее осложняла, чем помогала при принятии решений".
Тот факт, что прошлые теории и исследования, которые внесли большой вклад в понимание экономических процессов, контроля инфляции и формировании будущих ожиданий, с одной стороны получают академическое признание, но при этом утрачивают эффективность в сегодняшней ситуации, все более явно говорит об определенных кризисных процессах как в теоретической плоскости, так и в использовании устаревших подходов финансовым руководством различных стран.
Попытки тонкого регулирования инфляции и выстраивания коммуникативной стратегии в условиях систематического превышения целей по инфляции, серии продолжающихся геополитических шоков, дефицита определенных ресурсов, а также повышенной инфляции издержек в виде дорогих кредитов показывают неэффективности прежних концепций.
В современных условиях на расходы и сбережения людей все чаще оказывают влияние не некие "внезапные экономические шоки", а различные факторы геополитической нестабильности, которые, в том числе, могут провоцировать у людей состояние повышенной эмоциональности и паническую реакцию. Дополнительным фактором также все чаще становятся различные мошеннические действия и/или дезинформация, а не математические ожидания домохозяйств в идеальных условиях.
В ИИМР ранее отмечали, что устойчивое развитие кризисных тенденций в отдельных странах Европы, а также проникновение радикальных идеологических концепций в высшие эшелоны власти США представляют собой дополнительные опасные элементы текущей ситуации в мире, отражающие риски дальнейшей экономической и политической дестабилизации.