Крупный план солдата, стреляющего из винтовки на военной подготовке
Опасения турецкого руководства относительно дальнейшего ослабления Ирана как основного "противовеса" Израиля в регионе и стремление дальнейшего развития собственного оборонного сектора в условиях повышенной геополитической нестабильности можно рассматривать в качестве ключевых причин нового ускорения военных затрат Турции в текущем десятилетии.
Турция становится одним из лидеров среди так называемых "средних держав" по темпам увеличения своих оборонных расходов и усиления позиций собственного военно-промышленного комплекса. Согласно заявленным вице-президентом Турции Джевдетом Йылмазом планам, в течение 2027–2029 годов военные расходы страны запланированы на уровне $111,9 млрд. В 2027 году запланированы траты в $31,7 млрд, в 2028-ом – $37,6 млрд и $42,7 млрд в 2029 году. Общие военные расходы (без учета затрат на внутреннюю безопасность), согласно предварительным оценкам, могут составить $44,5 млрд в 2027 году, около $53 млрд в 2028-ом и примерно $60 млрд – в 2029 году.
При реализации указанных планов Турция в ближайшие несколько лет может переместиться от группы стран, которые расположены в конце второй десятки по крупнейшим военным расходам в мире, ближе к первой десятке лидеров. По данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира (SIPRI), в 2025 году Турция заняла 18-е место в мире с объемом оборонных расходов в $30 млрд. В случае достижения отметки в $60 млрд по итогам 2029 года Турция, скорее всего, переместится в группу стран, занимающих 11–14 места по расходам в военной сфере.
Мировые военные расходы, 1990-2025гг.
Вице-президент Турции также заявил о планируемом в период 2027–2029 годах увеличении на 229% закупок оружия, боеприпасов, военных систем и оборудования. Тем самым, речь идет об общем росте объема оборонного бюджета страны и его фактическим удвоением в 2025–2029 годы, а также дополнительном акценте в виде повышения боеготовности вооруженных сил страны.
Несмотря на заметное развитие оборонной промышленности Турции в 2007–2022 годы в ряде сфер, на фоне ослабления турецкой лиры военные расходы страны, выраженные в долларах США, фактически стагнировали. В период 2023–2026 годов произошло первое серьезное устойчивое повышение оборонных затрат. Цифры в рамках среднесрочной экономической программы на 2027–2029 годы предполагают переход Анкары к еще более высокой скорости наращивания военного потенциала. Среди причин уже состоявшегося увеличения стоит отметить начало СВО на Украине в 2022 году и наращивание объемов экспорта турецкого оружия и техники.
Объемы экспорта военной продукции Турции, составляя около $853 млн в 2010 году, выросли до 2,7 млрд в 2019 году. После начала СВО на Украине и за счет активного развития собственного ВПК экспорт военной продукции в 2025 году впервые превысил $10 млрд. Турция стала крупным экспортером оружия и военной техники как на Ближнем Востоке с поставками оружия ОАЭ и Катар, так и в Средней Азии с поставками беспилотных летательных аппаратов, бронетехники и военных кораблей в Кыргызстан, Казахстан, Туркменистан и Узбекистан. Анкара также заключила контракты на поставку оружия Бангладеш, Малайзии, Пакистану, Индонезии. Тем самым, Турция фактически уже превратилась в одного из конкурентов РФ и КНР на мировом оружейном рынке. Помимо этого турецкие компании также экспортируют оружие, а также компоненты военной техники в страны Европы и США.
Планируемое увеличение расходов в 2027–2029 годы во многом касается как наращивания существующих производственных возможностей, так и реализацию ряда ключевых проектов ВПК Турции в виде истребителя TF-KAAN, новых ударных БПЛА, танка Altay, а также системы ПВО "Стальной купол". Среди ключевых направлений развития технологий турецкие власти делают акцент на создании новых баллистических ракет средней дальности после успешных разработок ракет Bora и Tayfun компанией Roketsan.
За решением повысить финансирование данных программ в рамках второго масштабного ускорения военных расходов Турции в текущем десятилетии стоят потенциально более жесткие геополитические условия, с которыми Анкара может столкнуться в ближайшие годы. Среди основных факторов нового повышения военных расходов Анкары стоит отметить такие, как:
- Агрессивная внешняя политика Израиля;
- Иранский конфликт;
- Новый военный союз с Саудовской Аравией и Пакистаном;
- Продолжение СВО на Украине.
Расходы Турции в оборонной сфере уже превосходят по объемам затраты всех непосредственных соседей страны за исключением РФ и Украины, в частности, турецкие показатели выше совокупных оборонных затрат таких стран, как Азербайджан, Армения, Болгария, Греция, Грузия, Ирак и Иран. Основная угроза для интересов Турции, вполне явно, проистекает не от данных государств (в том числе, несмотря на наличие длительного территориального спора с Грецией вокруг Кипра). 3 из 4 перечисленных выше причин роста военных затрат Турции в 2027–2029 годы напрямую касаются Израиля как одной из основных угроз интересам Анкары.
На Ближнем Востоке в целом продолжается процесс ослабления региональных позиций Ирана и одно из основных государств, которое прикладывает к этому длительные и систематические усилия – это Израиль. Еще до начала нападения Израиля и США на Иран в феврале 2026 году, а также до их совместных ударов в июне 2025 года, еврейское государство стало основным бенефициаром смены власти в Сирии, а также ослабления военного потенциала про-иранских сил в Ливане. Власти Израиля фактически продолжают расширение территории государства за счет оккупации сопредельных территорий других стран и уничтожения коренного населения под предлогом безопасности.
Из-за ослабления Ирана и проиранских сил в регионе в качестве одного из главных "противовесов" Израиля может стать Турция. Данные тезисы все чаще озвучиваются самим турецким руководством. При этом со стороны израильских политиков Турция также получает обозначение как "новой главной угрозы" Израиля. В феврале 2026 года бывший премьер-министр Израиля Нафтали Беннет публично заявил о том, что Турция является "новым Ираном" и "растущей угрозой" для Израиля. В американской некоммерческой организации "Фонд защиты демократий" (FDD) [признана нежелательной в РФ], выступающей с произраильских позиций, неоднократно заявляли о том, что Турция ужесточила позицию против Израиля после начала военных действий против движения Хамас в октябре 2023 года и бомбардировок Газы.
Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, в свою очередь, неоднократно раз называл премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху "новым Гитлером". Министр обороны Турции Яшар Гюлер в 2024 году официально заявлял о том, что "Израиль – это агрессивное государство, оно может напасть на нас". Министр иностранных дел Турции Хакан Фидан в апреле 2026 года заявил о том, что "Израиль может попытаться обозначить Турцию как своего нового врага после Ирана, так как он не может существовать без врага".
Премьер-министр Израиля Нетаньяху также заочно арестован в Турции по обвинениям "в преступлениях против человечности, геноциде" – соответствующие судебные решения были приняты в ноябре 2025 года и июле 2026 года. Турецкие власти также направили запрос в Интерпол в августе 2026 с требованием арестовать израильского премьера.
Подписание совместного оборонного соглашения в Мекке в начале августа 2026 года между Саудовской Аравией, Пакистаном и Турцией также имеет вполне определенную анти-израильскую направленность. Власти нового военного союза рассматривают Израиль в качестве потенциального противника. Министр обороны Пакистана Хваджа Мухаммад Асиф, в апреле 2026 года назвавший Израиль "злом и проклятьем для человечества", уже после подписания данного соглашения в августе заявил о том, что "исламский мир должен объединиться для противостояния общей угрозе, которую представляет Израиль".
Факт того, что союз Саудовской Аравии, Пакистана и Турции потенциально имеет антиизраильскую направленность, подтверждают не только публичные комментарии со стороны руководства его участников, но и ответные действия израильских властей. Практически сразу же после создания данного военного союза в Израиле приняли решение активизировать сотрудничество с Индией, Грецией и Кипром.
Решение об очередном повышении военных расходов для Турции в целом можно охарактеризовать как принятие "новой реальности", в которой региональным интересам страны на Ближнем Востоке все более явно угрожает продолжение агрессивной экспансии Израиля на фоне ослабленных позиций Ирана. В рамках создания нового военного блока с Саудовской Аравией и Пакистаном военно-промышленный комплекс Турции получает дополнительный импульс, который в Анкаре, скорее всего, постараются конвертировать в дальнейшее продвижение экспорта турецких военных технологий.