Американский банкир, верхом на танке посыпает его золотом и деньгами, карикатура
Американский банк J.P. Morgan Chase в октябре 2025 года анонсировал десятилетнюю программу поддержки критически важных отраслей экономики США на $1,5 трлн. Последующие заявления руководителя банка подтверди старт программы, а так же директор расписал план действий.
Программа направлена на финансирование отраслей, имеющих ключевое значение для национальной экономической безопасности и устойчивости, инвестиции в них и содействие их участникам.
По итогам финансовой деятельности 2025 года руководитель банка Джейми Даймон в своем письме к акционерам J. P. Morgan вновь подтвердил и более подробно расписал, в чем заключается эта программа.
Инициатива по безопасности и устойчивости «Security and Resiliency Initiative» (SRI) . Что это за план на $1,5 трлн?
Даймон описывает эту инициативу в разделе про критические вопросы для США и мира (Section IV «Critical Issues Facing America and the World»), в подпункте о необходимости сильнейшей армии и роли частного сектора.
Ключевые моменты:
- Инициатива — это план на 1,5 трлн долл. сроком на 10 лет: Эти деньги предназначены для для содействия, финансирования и инвестирования в отрасли, критически важные для экономической и национальной безопасности США. По сути, речь о крупном объёме кредитов, структурированных сделок, размещений капитала и собственных инвестиций J. P. Morgan в «стратегические» сектора.
- Форма участия банка: Банк планирует прямые вложения собственного капитала и венчурные инвестиции объёмом первоначально 10 млрд долл., чтобы помогать компаниям расти, внедрять инновации и ускорять стратегическое производство. Остальная часть 1,5 трлн — это в основном финансирование и содействие привлечению капитала (кредиты, сделки на рынках капитала, структурные продукты и т.п.) для компаний в целевых отраслях.
Банк выделяет 5 ключевых направлений, куда будут направлены финансирование и инвестиции:
- Цепочки поставок и передовое производство: критические минералы, судостроение, робототехника. Цель — обеспечить доступ к жизненно важным ресурсам и укрепить лидерство в высокотехнологичном производстве.
- Оборона и космос: оборонные технологии, автономные системы и дроны, связь нового поколения и защищённые коммуникации. Задача — «helping defend our nation» — прямое усиление обороноспособности США.
- Энергетическая независимость и устойчивость: хранение энергии, устойчивость энергосетей, распределённая энергетика. Связано, в т.ч., с ростом потребления энергии из‑за ИИ и дата‑центров.
- Передовые и стратегические технологии: ИИ, кибербезопасность, квантовые вычисления. То есть ядро будущей технологической и военной конкуренции.
- Фармацевтика и медицинские технологии: лекарства, важнейшие медизделия и оборудование, медицинские технологии. Цель — устойчивые медицинские цепочки поставок и готовность к будущим кризисам здравоохранения.
Не только деньги, но и экспертиза и аналитика
В письме подчёркивается, что инициатива включает не только капитал, но и специальную отраслевую аналитику по частным секторам и слабым местам цепочек поставок (редкоземельные металлы, технологии и др.). Так же в рамках программы создается и финансируется Центр геополитики JPMorganChase (Center for Geopolitics), который будет давать банку и клиентам аналитические материалы по глобальным тенденциям.
Цель — сочетать капитал и глубокое понимание геополитики и экономики.
После объявления Инициативы J.P. Morgan уже получил более 750 бизнес‑инициатив и запросов от компаний и госорганов в ключевых секторах.
В результате, банк собирает специализированную команду из более 30 банкиров и инвесторов по всему миру, к которой будет подключаться остальная часть банка.
Так же банк создаёт внешний консультативный совет из военных, бывших министров (гос- и минобороны), бизнес‑лидеров и CEO, который будет помогать определять стратегию SRI.
Даймон пишет, что сам возглавил этот совет, и что недавно прошла очная встреча в Вашингтоне с участием высшего руководства JPMorganChase.
Таким образом, один из крупнейших инвестиционных банков США с активами почти на 4 трл долларов возвращается к практики поддержки и синергии с государством в военном и геополитическом плане. В истории США такие примеры были не раз.
J.P. Morgan и финансирование Антанты в Первую мировую
Ещё до вступления США в войну J.P. Morgan & Co. стал главным финансовым и закупочным агентом Великобритании и Франции: через него шли миллиарды долларов на закупку вооружений и материалов в США.
В 1915 году J.P. Morgan организовал консорциум примерно из 125 банков и разместил крупнейший на тот момент займ — $500 млн для Британии и Франции.
После вступления США в войну банки во главе с J.P. Morgan размещали для правительства т.н. Liberty Loans (военные облигации), фактически превращая частный банковский консорциум и американский фондовый рынок в инструмент мобилизации капитала в интересах союзников и правительства США.
Это исторический пример, когда банк открыто говорил о судьбоносном значении войны и обеспечивал гигантскую, по меркам того времени, «инвестиционную программу» в военную машину союзников и США.
Коммерческие банки и финансирование Второй мировой
В период Второй мировой войны госдолг США резко вырос, и коммерческие банки активно покупали казначейские облигации, финансируя военные расходы.
Исследования по военному финансированию показывают, что балансы банков существенно раздулись именно за счёт госдолга, а регуляторные нормы подстраивались так, чтобы банки могли держать большие объёмы казначейских облигаций без принудительного сокращения активов — это делалось осознанно как часть военной стратегии финансирования.
Таким образом банки выступили системным инструментом национальной оборонной политики через массовую покупку госдолга.
Современные примеры: оборонно‑промышленная база и частный капитал
В последние годы тема «национальная безопасность + частный капитал» снова выходит на первый план.
Аналитические центры и бывшие военные чиновники открыто обсуждают модель, где Минобороны и Уолл‑стрит совместно привлекают частный капитал для наращивания оборонного производства — через длинные контракты, гарантии выкупа, совместные проектные финансирования.
Современные сделки по расширению мощностей оборонной промышленности часто включают:
- банковские кредиты крупных банков (JPMorgan, Goldman Sachs и др.),
- государственные гарантии и займы (например, через Office of Strategic Capital),
- долгосрочные оффтейк‑контракты Пентагона, которые «зашивают» спрос и делают вложения привлекательнее для частного капитала.
Это не один «мегаплан» в стиле SRI от J.P. Morgan, а серия крупных сделок и M&A‑сделок в оборонном секторе, которые прямо мотивируются национальной безопасностью и геополитикой.
На этом фоне Security and Resiliency Initiative Джейми Даймона — это, по сути, возвращение к исторической роли банков в военном и стратегическом финансировании, но в новой форме - она открыто оформлена как 10‑летний план на $1,5 трлн, а не просто набор отдельных кредитов/сделок. При этом, банк публично связывает свою стратегию с целями национальной безопасности США и союзников, создаёт спецкоманду и консультативный совет с участием бывших военных и чиновников — то есть институционализирует эту роль.
Исторически Уолл‑стрит уже многократно выступала «финансовым оружием» американского государства (особенно в мировых войнах), но по масштабу публично заявленной долгосрочной коммерческой инициативы, завязанной на безопасность, SRI — один из самых крупных и формально оформленных современных примеров. И к этому стоит отнестись внимательно.