Золото vs трежерис
Доля золота, серебра и платины в структуре экспорта США в январе-феврале 2026 года достигла 12,7%. Это значительно превышает показатели предыдущих лет, в частности, 4,3% в 2025 году. Из-за этого драгметаллы стали крупнейшей статьей американского экспорта. Однако в основном вывозятся иностранные металлы, которые попали на территорию Соединенных Штатов по причине тарифной неопределенности.
Американские хранилища за два первые месяцы 2026 года покинули 260 тонн золота и 17 тонн платины. В основном они были направлены в Лондон, Цюрих и Гонконг. В целом, на драгоценных металлах за один февраль США заработали $29,4 млрд.
Основной причиной взрывного роста экспорта золота стали последствия политических обещаний Трампа. В конце 2024 года, на фоне угроз о потенциальном введении импортных пошлин, активизировались крупные банки. JPMorgan, Morgan Stanley, HSBC и Deutsche Bank в числе первых начали активно скупать золото и перевозить его в США.
В начале 2025 года официальные золотые резервы Соединенных Штатов достигли исторического максимума. А уже в апреле было объявлено, что на этот металл тарифные ограничения распространяться не будут. Автоматически исчезла ценовая премия, что привело к обратному стимулу для банков: вывозить золото в страны, которые демонстрировали повышенный спрос.
Экспорт золота из США, 1967-2025гг
Драгоценные металлы обычно занимают долю в среднем около 4% от стоимости всего экспорта США, но достигли 7% в течение 2025 года. К февралю этого года они достигли 15%, обогнав энергетику, самолеты, сельское хозяйство, автомобили, химикаты и другие крупные категории, став крупнейшим экспортной позицией США. Этот скачок отражает сочетание более высоких цен, предположений инвесторов о том, что драгоценные металлы могут быть более выгодными вложениями, чем акции или доллары, и «репатриации» центральными банками, которые прямо заявляют, что США стали менее безопасным местом для хранения активов, в том числе и физических, чем пару лет назад.
На этой волне активно заработали не только банки. Значительные дивиденды получили аффинажные и логистические американские компании, а также представители аналогичных сфер в уже упомянутых Лондоне и Цюрихе.
Одним из государств-лидеров по потребностям в золоте в последнее время стал Китай. Связан интерес Народного банка КНР к этому металлу с его очевидными удобствами в виде надежности и безопасности. В отличие от валютных резервов, золото не является чьим-либо долговым обязательством, не несет кредитного риска и не может быть «заморожено».
Все это, как для китайского, так и для многих других центробанков, стало особенно актуально после заморозки российских счетов в 2022 году. Золото для развивающихся государств является наиболее понятным инструментом повышения устойчивости резервов.
Народный банк Китая объявил о покупке 15 тонн золота в июне, что стало крупнейшей ежемесячной покупкой с октября 2023 года. За первое полугодие официальные запасы металла КНР увеличились на 40 тонн.
Китай, для реализации своей стратегии по золоту, активно использует Гонконг – специальный административный район КНР, обладающий статусом одного из главных глобальных городов мира. Согласно совместной китайско-британской декларации и Основному закону Гонконга, территории предоставлена широкая автономия до 2047 года, то есть в течение 50 лет после передачи суверенитета.
На его территории в начале июля была запущена центральная клиринговая система для торговли золотом. Также власти Гонконга возобновили торговлю фьючерсами на золото в долларах. Рассматривается возможность введения фьючерсов на золото в юанях, для того чтобы превратиться в полноценный региональный центр хранения драгоценного металла. К 2030 году город намерен увеличить общий объем хранилищ золота более чем в 10 раз – до более чем 2000 метрических тонн.
Квота на программу Bond Connect, которая позволяет инвесторам из материкового Китая проще покупать облигации в Гонконге, будет увеличена с ¥500 млрд до ¥800 млрд. Новая сумма приблизительно эквивалентна $117,79 млрд, оценивает в своем материале Reuters.
Пекин также расширил механизм предоставления юаней в рамках соглашения с центральным банком Гонконга до ¥500 млрд, чтобы у Валютно-финансового управления Гонконга был более широкий доступ к офшорным активам.