Структурное сокращение немецкого автопрома как фактор продолжения милитаризации Германии

Экономика ФРГ начала 2026 год с наиболее низким показателем занятости в промышленном секторе за последние 10 лет. По данным Института немецкой экономики (IW), частного аналитического центра в Кёльне, число рабочих мест в промышленности страны сократилось до 6,6 млн человек, минимального показателя с 2016 года. В докладе, опубликованном в июне, было также отмечено, что в отличие от периода до 2019 года в Германии наблюдается не только тенденция по увеличению увольнений, но и по сокращению числа новых вакансий в целом. При этом, как отмечается, "эта тенденция значительно более выражена в производственном секторе, чем в остальной экономике".
 

По оценкам консалтинговой компании EY (бывшая "Ernst & Young"), с 2019 года в Германии было потеряно 341,5 тыс. рабочих мест в промышленности, из них более 1/3 – почти 126 тыс. рабочих мест – в автомобильной промышленности. Общий объем рабочих мест в автомобильном сегменте ФРГ по состоянию на начало 2026 года в целом сократился на 15% до 725 тыс. человек.

В Немецкой ассоциации автомобильной промышленности (VDA) в мае 2026 года отметили, что на этом потери немецкого автопрома не закончатся и в течение 2026–2035 годов Германия рискует потерять еще 225 тыс. рабочих мест в данном секторе или более 30% от показателя занятости 2025 года. Не исключено, что данный прогноз окажется чрезмерно оптимистичным и итоговые потери за этот период будут более высокими.

Оценки еще одного немецкого аналитического центра – Института экономических исследований (IFO) – показывают, что по состоянию на июнь 2026 года негативные тенденции с занятостью продолжают развиваться как в плане сокращения занятости в экономике ФРГ в целом, так и в плане оценки ситуации самими автомобильными компаниями. Индекс климата деловых настроений в автомобильном секторе Германии в июне снизился до отрицательного значения в -21,4 пункта и в целом остается в негативной территории на протяжении последних лет.

Глава отраслевой ассоциации VDA Хильдегард Мюллер в мае этого года отметила, что данная тенденция "вызывает беспокойство и показывает, что Германия столкнулась с продолжающимся и серьезным кризисом как территория для ведения бизнеса". По ее словам, "условия для производства в Германии продолжают ухудшаться – высокие налоги и сборы, высокая стоимость энергоносителей, высокая стоимость труда, чрезмерная бюрократия – список проблем обширен". Она также добавила, что "в результате этого, компании вынуждены все чаще принимать решения против выбора Германии и Европы в качестве площадки для производства".

Компании Volkswagen и Mercedes в рамках подобных "решений" уже перенесли производство ряда своих моделей (как в бензиновом сегменте, так и с гибридными двигателями) Volkswagen, Audi, Mercedes из Германии в Венгрию, Чехию, Словакию и Турцию. Часть производства автомобилей также переносится в Мексику, при этом производство двигателей отдельных моделей было переведено в Китай. Среди тенденции, которые развиваются в автомобиле- и двигателестроении, а также смежных сегментах промышленного производства ФРГ, можно отметить:

• Вывод производства за пределы Германии;
• Сокращение сопредельных отраслей немецкого автопрома – производства автомобильных запчастей, металлургии, станкостроения и ряда других секторов;
• Активизация планов обратной реконверсии автомобильного и другого гражданского производства на военную продукцию.

Данные тенденции все более явно отражают изменившуюся реальность для немецких компаний: автомобили, которые производятся в Германии, потеряли прежнюю конкурентоспособность в мире. При этом многие из стран, в которые переводится автомобильное производство немецких компаний, продолжают импорт нефти и газа из РФ, среди них: Венгрия, Словакия, Турция. Такие немецкие компании, как Bosch, Continental, ZF и ряд других продолжают реструктуризацию с сокращением промышленного производства.

Падение Германии с мирового "автомобильного Олимпа" можно сравнить с процессами, которые развивались в Европе с 1970–х и вплоть до начала 2000-х годов в автомобильных секторах Великобритании и Франции, а также в США – только в более сжатые сроки.

В частности, крупные американские компании утратили прежнюю ведущую глобальную роль в автомобильной промышленности, но за счет комбинации факторов в виде субсидий, повышенных импортных пошлин на иностранные машины и общего размера внутреннего американского рынка смогли "удержаться на плаву". Немецкие производители фактически также уже лишились лидирующих позиций во многих странах мира, при этом у них нет сопоставимого объема внутреннего рынка в Германии.

Немецкая автомобильная промышленность не вернется к прежним показателям продаж в РФ, КНР и многих других странах при восстановлении прямых поставок российских энергоносителей. Подобной возможности просто не существует из-за целого ряда изменившихся условий: от повышения конкурентоспособности китайского автопрома, изменения потребительских предпочтений, сохранения общего вектора на противостояние с РФ со стороны европейских стран и многих других причин. Для Германии этот "поезд уже ушел" и попытки вернуть его за счет создания каких-либо обходных политических "рельсов" со стороны РФ контрпродуктивны и чреваты негативными последствиями.

В настоящее время, по данным различных новостных агентств, Германия продолжает получать российский природный газ – в виде реэкспорта сжиженного природного газа, который напрямую поставляется из РФ в Испанию, Францию, Бельгию. Данные государства, в свою очередь, продолжают поставки различных видов оружия, военной техники и боеприпасов, а также разведывательной информации в интересах Украины. Совокупный объем покупок российского СПГ данными европейскими странами за первые 6 месяцев 2026 года, по оценкам портала European Gas Hub, достиг рекордных 13 млрд кубометров – больше чем за какой-либо другой аналогичный полугодовой период с 2022 года. Увеличение закупок СПГ из РФ со стороны европейских стран происходит на фоне общеевропейского запрета на импорт российского СПГ, который вступает в силу на уровне стран Евросоюза с 1 января 2027 года.

В подобных условиях какое-либо возобновление прямых поставок газа из РФ в Германию в ближайшие годы будет невозможным как из-за общеевропейских законодательных ограничений, так и по причине того, что подобными действиями российские компании будут фактически прямо стимулировать развитие военной промышленности ФРГ в интересах Украины. Возможный приход к власти партии "Альтернатива для Германии" при реализации сценария досрочных парламентских выборов в стране также не гарантирует восстановление экономических отношений с Германией. От гипотетических новых властей ФРГ потребуется решение о полном прекращении военной поддержки Киева, а также готовность с их стороны к игнорированию законодательных ограничений Еврокомиссии. Подобное резкое изменение политической позиции будет фактически равнозначно выходу Германии из Евросоюза, что маловероятно даже при смене правящей партии ФРГ в результате внеочередных парламентских выборов. Фактор энергетической неконкурентоспособности промышленности Германии, тем самым, скорее всего, будет продолжать оставаться в силе, а вместе с ним – и дальнейший акцент на развитии военной сферы в ФРГ.

Ускорение движения Германии в сторону милитаризации

При повышении производственных затрат и снижении конкурентоспособности немецкой промышленности одним из главных экономических доводов в сторону милитаризации является официальная позиция правительства Мерца. Движение в сторону заметного повышения военных расходов в ФРГ началось при называемой "светофорной" коалиции в 2022–2024 годы. Однако именно с приходом Мерца были озвучены и одобрены планы по резкому увеличению заимствований для дальнейшего финансирования военной промышленности страны. Согласно одобренным планам, власти ФРГ собираются привлечь средства в размере около 838 млрд евро в период 2027–2030 годов.

На этом фоне власти Германии планируют завершить текущее десятилетие увеличением военных расходов страны в 4 раза по сравнению с уровнями в его начале. В 2021 году оборонный бюджет ФРГ составил (46,9 млрд евро), занимая 7-ое место в мире, по версии Стокгольмского международного института исследований проблем мира (SIPRI).
В 2027 году, согласно текущим планам правительства Мерца, номинальный объем бюджета военного министерства Германии составит 109,7 млрд евро. При этом общие военные расходы, включая военную помощь Украине и другие военные расходы, как ожидается, превысят 150 млрд евро. К 2030 году данный показатель, согласно текущим прогнозам, может достичь 200 млрд евро.

Одно из последних решений правительства Мерца в данном направлении – создание инвестиционного фонда, о котором было объявлено 22 июля. В агентстве Reuters отметили, что, согласно комментариям пресс-службы кабинета министров ФРГ, средства этого фонда будут, в том числе, направлены на покупку долей в немецких стартапах военной сферы.

Планируемое увеличение прямого государственного финансирования в военном секторе – от стартапов до крупных компаний – становится гарантией сохранений поддержки производства военной продукции в Германии, несмотря на возросшие в стране затраты на промышленное производство. Данный сценарий в целом имеет ярко выраженный антироссийский вектор, с учетом поддержки, которую Берлин оказывает Киеву. По состоянию на середину 2026 году Германия фактически уже стала наиболее крупным финансовым спонсором украинской армии среди иностранных государств. Прямая военная помощь в размере 11,5 млрд евро для Украины ранее была одобрена в рамках оборонного бюджета ФРГ на 2026 год. По объемам военного финансирования Украины с 2022 года Германия занимает второе место после США ($60 млрд и $131 млрд, соответственно).

Ряд немецких компаний в лице Rheinmetall, Quantum Systems и других фирм уже основали совместные предприятия и сообщили о планах по дальнейшему развитию сотрудничества с Украиной. Автомобильные компании в лице Volkswagen и Mercedes, по различным сообщениям, уже ведут активные переговоры по переоснащению производства на ряде своих заводов в Германии для выпуска военной продукции.

Банковский сектор Германии ранее уже начал готовить финансовое обоснование для увеличения военной промышленности страны. В докладе Deutsche Bank "Сокращение автомобильной промышленности Германии может стать ключевым фактором для увеличения оборонного сектора", опубликованном в марте 2025 года, отмечалось, что "немецкий оборонный сектор занимает крайне малую долю экономики и промышленного сектора Германии и других стран". При этом также было отмечено, что сегмент автомобилестроения в Европе "и в особенности в Германии", сохраняет повышенный объем "лишних производственных мощностей".

По мере продолжения вывода производства автомобилей и автомобильных компонентов за пределы ФРГ власти страны и компании, у которых уже есть опыт производства военной продукции в интересах гитлеровской Германии, могут попытаться более активно использовать подобные "лишние производственные мощности" для обратной реконверсии немецкой промышленности.