Китайский юань
Ускоренное развитие технологических компетенций, рост значимости финансовых инвестиций и производственных возможностей китайских компаний позволяют Пекину добиться повышенной степени влияния и зависимости многих стран мира в ситуации, когда США стремятся активизировать давление на КНР. Создание подобных условий, при которых сохранение доступа к производственным цепочкам Китая является залогом экономического успеха для многих компаний, серьезно осложняет попытки сдержать его развитие и ограничить его национальный суверенитет.
Ситуацию экономической сфере на протяжении большей части 20-го и начале 21 века нередко описывали выражением "Когда США чихают, мировая экономика начинает болеть". При этом исторический контекст данной фразы в виде высказывания министра иностранных дел Австрийской империи Клеменса фон Меттерниха в описании постреволюционной ситуации во Франции "Когда Париж чихает, Европу трясет лихорадка", а также ее применение для описания воздействий проблем США на мировую экономику довольно существенны по отношению к современной роли развитых стран. Большинство из них стремятся к активному созданию торговых и финансовых ограничений для развивающихся государств, в которых явно видят своих конкурентов.
Когда американская экономика последний раз серьезно "чихнула" в 2008 году, США также фактически экспортировали свой собственный финансовый кризис в остальной мир, спровоцировав глобальную рецессию. С того момента различные власти США также неоднократно "чихали" на различные торговые правила и договоренности, которые до этого формировались в рамках ВТО с подачи предыдущих американских администраций. Тем самым, в истории вновь повторяется ситуация, когда проблемы, которые возникают в какой-либо из ведущих западных стран, затем приводят к негативным последствиям для всего региона.
Перенаправление китайского экспорта, 2025 год
С момента финансового кризиса 2008 года также стала все более явно формироваться тенденция по утрате промышленного лидерства развитых стран по отношению к Китаю. В 2008 году Китай впервые обошел США по доле в мировом промышленном производстве. Данный период также фактически стал рубежом по смещению производственных мощностей и для всех остальных стран "Большой семерки" – с 2008 до начала 2020-х годов, по данным Организации стран по экономическому сотрудничеству доля Китая в мировом промышленном производстве продолжала расти, при этом показатели G7 неуклонно снижались. Годовые показатели экспорта КНР в 2008– 2025 годы выросли более чем в 2,5 раза: с $1,43 трлн (9,78 трлн юаней) до $3,77 трлн (26,99 трлн июаней). В 2025 году доля КНР в промышленном производстве мира составила около 27%.
Какие-либо финансовые ограничения со стороны Китая нельзя сравнить по значимости с финансовыми санкциями США, однако, сохранение доступа к китайской продукции, к производственным цепочкам КНР для многих стран становится не только сопоставимым по своему масштабу, но и потенциально более существенным. Ситуация вполне явно перешла к стадии "Когда Китай чихает, в мировой экономике начинаются проблемы". При этом вектор создания проблем остался прежним – западные страны оказывают давление на КНР и многие другие развивающиеся государства, пытаясь, тем самым, заставить "заболеть" их экономики.
В этом контексте стоит отметить, что за последние годы произошло определенное смещение влияния Китая на мировые рынки. В частности, по мере роста промышленного потенциала китайской экономики, изменение спроса со стороны КНР неоднократно оказывало существенное влияние на динамику котировок нефти, угля, меди, алюминия и многих других промышленных металлов и энергетических активов. Публикация макроэкономических данных по КНР, при этом также оказывает ощутимое влияние на динамику стоимости акций развивающихся стран и стоимость заемного капитала для них.
Рост экспорта товаров из стран Азии, входящих в цепочку поставок оборудования ИИ
По данным MSCI, по состоянию на 31 августа 2026 года компании Китая занимают третье место (20,6%) в индексе MSCI Emerging Markets после Тайваня (27,4%) и Южной Кореи (20,8%) по общей страновой доле акций в индексе. Официально Китай по-прежнему официально считается "развивающейся экономикой". При этом ни Тайвань, ни Южная Корея, ни какие-либо другие страны, акций компаний которых представлены в индексе, в частности, Индия (11,2%) и Бразилия (3,9%) не обладают сопоставимым влиянием на мировую экономику и динамику фондовых рынков в отдельных странах, а также на принятие решений во многих других государствах.
Влияние экономической статистики КНР
В совместном докладе Банка Испании и ЕЦБ, опубликованном в 2024 году, в частности, отмечается, что статистика за период 2010–2024 годов также демонстрирует существенное влияние, которое оказывали выходящие данные по экономике Китая на динамику фондовых рынков развивающихся стран. По оценкам доклада, "макроэкономический шок, который соответствует росту стоимости акций в Китае, ведет к мгновенному росту цен на акций в диапазоне от 0,12–0,26% на фондовых рынках развивающихся стран". В докладе также отмечалось, что "эти изменения происходят в тот же день, когда проявляется шок, и демонстрируют довольно длительную продолжительность, которая в некоторых случаях может доходить до 13 рабочих дней". Помимо этого, "эффекты от этих шоков не ограничены фондовыми рынками, но и проявляются в других финансовых переменных, таких как спреды по доходностям суверенных и корпоративных облигаций, которые являются индикатором внешнего финансирования для развивающихся экономик, а также в обменных курсах валют".
Динамика роста производства и ВВП Китая, 2000-2025 годы
По оценкам доклада МВФ, опубликованным в январе 2025 года, изменение динамики ВВП Китая, "как в краткосрочном, так и в среднесрочном диапазоне серьезно превосходит по своему влиянию сопоставимые эффекты от какого-либо влияния со стороны других развивающихся стран в "Большой двадцатке". В данном случае, речь идет о влиянии макроэкономической статистики КНР как на развивающиеся, так и на развитые страны. В частности, было отмечено, что "на отрезке 1 года шоки спроса со стороны Китая для развивающихся стран ведут к соответствующему сокращению объема выпуска продукции на 0,39% и на 0,27% при возникновении шоков предложения [со стороны КНР]". Для развитых стран в таком же временном диапазоне соответствующие негативные эффекты оцениваются на уровне 0,24% и 0,16%, соответственно. В МВФ отметили, что "результаты нашего исследования показывают, что степень воздействия Китая количественно похожа на [сопоставимые эффекты со стороны] США".
На фоне роста значимости китайской экономики, еще одним каналом трансмиссии глобального влияния КНР, по отдельным оценкам, также фактически уже стали изменения его монетарной политики, которые влияют динамику частных портфельных инвестиций Китая. Данный тезис в октябре 2025 был обозначен в работе "Института переходных экономик" при Банке Финляндии. В августе 2026 данный материал был опубликован европейским некоммерческим исследовательской организацией "Центр исследований экономической политики" (CEPR).
Влияние финансовых инвестиций КНР
В материале приводятся оценки изменения стоимостных значений акций компаний развивающихся рынков, а также акций американских компаний. Как отмечается, акции компаний в индексе MSCI, в которых присутствуют инвестиции в рамках программы квалифицированный внутренний институциональный инвестор (QDII), запущенной в 2006 году в КНР демонстрируют заметную корреляцию с решениями по монетарной политике, которую принимает Народный банк Китая. Акции американских компаний с более высоким объемом инвестиций данных средств также демонстрируют заметные колебания в зависимости от принимаемых решений китайским ЦБ. Объем средств, инвестированных в рамках QDII, по оценкам издания Asia Asset Manegement, по состоянию на начало 2026 года составлял около 833 млрд юаней (примерно $120 млрд). Общий объем частных инвестиций КНР в акции и облигации иностранных компаний, по данным государственного валютного управления КНР, по состоянию на начало 2026 года составлял около $1,99 трлн.
Технологический аспект влияния Китая
Помимо факторов спроса и предложения китайской экономики, а также проявления влияния финансовых инвестиций КНР на стоимость иностранных финансовых активов, дополнительным фактором также становится воздействие, которое оказывает технологическое развитие Китая на другие страны. В ИИМР ранее отмечали, что европейские и американские компании объективно не могут конкурировать с китайскими в сфере возобновляемой энергетики по своим затратам и доступному объему производственных мощностей. В этом контексте усиление технологического влияния КНР – в том числе, в сегменте электромобилей и гибридных автомобилей – по времени "совпало" с активизацией усилий США по сдерживанию Китая. В 2026 году данный фактор, в определенном смысле, становится сдерживающим для стран ЕС в плане применение чрезмерно жестких импортных пошлин в отношении китайской продукции так как европейские компании – во многом, как и в сегменте возобновляемой энергетики – не могут конкурировать с китайскими по себестоимости производства. При этом массовый импорт китайских электромобилей также потенциально можно рассматривать в качестве одного из элементов стратегии властей ЕС по реализации долгосрочных "зеленых" программ по сокращению выбросов в атмосфере. В условиях иранского конфликта и роста цен на энергоносители сохранение доступа к продукции китайских компаний приобретает дополнительную актуальность.
Стремление к формированию мировых стандартов в данной сфере, которое, как отмечалось, демонстрируют власти Китая, также можно вполне явно считать новым элементом глобального влияния КНР.
Еще одним наглядным примером технологического влияния Китая, как отмечали в ИИМР, является продукция китайских компаний в сфере технологий искусственного интеллекта. Выход модели DeepSeek в течение первой недели второго президентского срока Трампа в январе 2025 года стал серьезным шоком как для администрации США, так и для американского фондового рынка. В ИИМР также отмечали, что соревнование между КНР и США в данной сфере, скорее всего, будет иметь долгосрочный характер.
Тем самым, можно отметить определенную и довольно быструю эволюцию мирового влияния Китая – от заметного воздействия на стоимость сырьевых активов по мере роста мировой доли промышленного производства к последующему финансовому влиянию портфельных инвестиций КНР и технологическому влиянию китайских компаний.
Китай не только стал ключевым компонентом многих производственных цепочек – в состав которых, как были вынуждены признать в издании New York Times в конце июля 2026 года, несмотря на импортные пошлины США стремятся вернуться американские компании, – но и получил возможность влияние в различных сферах мировой экономики. Подобный многоуровневый характер возможностей воздействия КНР серьезно осложняет возможности США и других развитых стран по оказанию давления на Пекин. С большой долей вероятности можно прогнозировать, что власти КНР и в дальнейшем будут стремиться к диверсификации своих возможностей глобального влияния и за счет наличия подобных возможностей продолжать добиваться реализаций целей национальной политики вопреки внешнему давлению.